Монолог

«Нельзя сделать что-то хорошее только из-за денег»

Андрей Романов — главный редактор крупнейшего издательского проекта в России об аниме, журнала «Ня!» рассказывает о начале творческого пути, о трудностях запуска всероссийских интернет-проектов, о русском косплее и о том, что общего между эротическими фотографиями и политикой.

Если бы я продавал через Интернет вентили и газовые котлы, то я бы за эти же пять лет добился гораздо большего. Но душа к вентилям не лежит.

Главный редактор практически любого Пензенского издания – это человек, который собирает тумаки.

Больше всего меня раздражает вопрос «Почему анимешники кончают жизнь самоубийством?» Это показывает, насколько спрашивающий не разбирается в теме.

Незадолго до окончания университета я начал думать, чем заняться после. Всегда хотелось чего-то глобального: чтобы аудитория была большая, посещений так по 10-15 тысяч в день. И я заметил, что журналы об аниме в России представлены не на самом высоком уровне. Тогда эту нишу можно было занять сравнительно легко: ни одно издание не выходило строго периодично, ни одно издание скрупулезно не следило за качеством и количеством контента, ни у одного издания не было постоянного штата авторов и менеджеров.

Очень хотелось бы путешествовать. По Европе поездить, в Гонконг, в Китай. Наверное, поедем по России с фестивалями. Это самый лучший способ наработать новые контакты.

Изначально я набирал команду под печатный журнал. За 2 месяца сделали пилотный номер, через пару номеров запустили сайт и начали искать предзаказы на бумажное издание. Недостаток опыта в расчетах привел к тому, что стоимость проекта оказалась существенно больше. В 2009 году, после кризиса, многие печатные издания вообще ушли с рынка, и искать финансирование было дико сложно. Принимал участие во всероссийском стартап-туре, несколько человек готовы были выделить на первый тираж 300 000 рублей, но никаких особенных договоренностей с ними достигнуто не было. На Екатеринбургском форуме «Бизнес-бомба» наш проект вошел в Топ-8 — сказалась хорошая команда и быстрая окупаемость журнала. Но в финале меня предсказуемо обскакали всякие нанопроекты, которые тогда были в тренде. На самом деле, это было к лучшему: печатный журнал по всей России – это неподъемный «с наскоку» проект.

Сделать журнал несложно. Сложно делать это каждый месяц, не сбавляя объема и творческого запала.

Люди у нас не привыкли покупать то, что нельзя «пощупать». После «неудачи» (тогда я воспринял всё это как неудачу) с поиском финансирования решил делать цифровой журнал. Пробовали разные способы: добровольные пожертвования, низкие цены, подписки, заходы на закрытую часть сайта. В итоге остановились на том, что есть.

Наша аудитория – более миллиона человек – очень специфическая. Она делится на много категорий, групп, интересы и предпочтения которых друг с другом сочетаются плохо. В частности, поэтому и возникла идея делать тематические номера. Над журналом сейчас работают около 30 человек: есть люди из Украины, Белоруссии, Казахстана.

Сам по себе аниме-журнал не есть конечный продукт. Это просто средство как-то мотивировать читателей на интересное действие.

Тема моей диссертации – «Особенности комического в современной прессе». Из-за того, что у нас в стране плохонькая законодательная база, сатирические материалы про политику часто мигрируют в мужские журналы — те, которые с эротическими фотографиями. Такая тенденция нигде, кроме России, больше не встречается. В качественных журналах типа «Огонька» и «Коммерсанта» авторы стараются «обстёбывать» проблему так, чтобы их не могли засудить: сути нельзя понять без контекста, нужно вчитываться и искать тонкие, ускользающие намеки.

В больших проектах интересно работать, потому что они накладывают большую ответственность. Если на местном уровне можно схалтурить, и это пройдёт, то тут надо вникать во всё. Интернет-технологии остаются всё ещё новыми отраслями знания: Интернет-стартапам, Интернет-журналистике, SMM и прочему негде научиться, кроме как на практике.

Нельзя сделать что-то хорошее только из-за денег. Но и без денег сделать нельзя. Каким бы хорошим ни был проект, люди, которые взялись его делать, должны получать вознаграждение. Любое хорошее начинание должно иметь материальную основу.

Журналисту очень тяжело повлиять на политику. В своих статьях автор может давать какие-то сигналы, на которые соответствующие органы должны реагировать. Если этого не происходит, деятельность журналиста — профанация.

В прошлом году ездил на StartUp Tour в Нижний Новгород ещё с одним проектом. Здесь, в Пензе, победил на «Стартап Поиске», а там обещали наконец-то деньги выделить. По всей России набрали около 60 человек, даже из Белоруссии делегация присутствовала. Были люди с действительно прорывными идеями, но мало: казалось бы, такой отбор, а неподготовленных к бизнес-задачам людей — большинство. На семинарах нам, в частности, рассказывали, как привлечь большого инвестора. Всё, что требует финансирования до 150 тысяч рублей – это микробизнес, с этим серьезные фонды даже связываться не будут. В проект нужно закладывать большую отдачу: если тебе нужны 100 тысяч долларов, то ты должен прописать, что через год вернешь, к примеру, 200 тысяч. Встречалось много одинаковых проектов: например, по электронным технологиям в сфере образования. Из трех разных городов приехали ребята с идентичными наработками. Да, нужное дело, но совершенно не про бизнес. Один приехал из Владивостока даже: допридумывал и дорабатывал, пока трясся в поезде. Но представитель из Воронежа был настоящим гением: собрал работающий беспилотник буквально из подручных материалов. До этого он выиграл у себя в Воронеже на «Умнике» 100 тысяч рублей, из которых на руки получил 30. Остальные деньги до него «не дошли». Вроде реально полезная вещь – чтоб жизни спасать, за пожарами следить. Но деньги ему найти под идею очень сложно, потому что по сравнению с интернет-проектами у любого нового реального производства очень большой период окупаемости и издержки. Он прибылен и полезен, но сотнями тысяч долларов в ближайшей перспективе от него и «не пахнет».

Люди, которые могут инвестировать, реально хотят и готовы инвестировать. Но авторы проектов не имеют даже базового уровня понимания того, как они сработают на рынке. И пока не приедешь на все эти слеты, пока тебе не покажут, где ты не дотягиваешь, где не досчитал, где у тебя ошибка, правильно сделать проект не получится. Соискателям, которые хотели получить 20-30 тысяч рублей, не нужен никакой инвестор и стартап-тур. Им просто нужен государственный грант или кредит в банке.

Я принадлежу к третьему поколению анимешников. После меня уже есть другие. За пять лет, что я издаю журнал, аудитория изменилась мало. А вот качество косплея выросло. Костюмы улучшились. Уровень приближается к европейскому. Фотографии российских косплейщиков уже можно встретить в японских журналах.

Два подхода – фотокосплей и косплей-дефиле — сильно разнятся по ощущениям, которые возникают у самих косплееров. Фотокосплей – это как бы облегченная версия. От дефиле же ощущения сильнее: модель фотографируют десятки камер (на больших фестивалях), фотографии лайкают сотни пользователей. Получается такая известная в узком круге реальная знаменитость, которую сотни людей видят «вживую».

На одном из прошедших форумов «Провинция» наш губернатор рассказывал, в частности, о заводе, на котором упаковывают кур. Несомненно: журналисты, которые присутствовали на форуме, должны были написать обо всех этих достижениях народного хозяйства. Рассказать читателям, как это круто – пойти работать на завод. Но до них, я чувствую, посыл и намек губернатор не дошел. Всё равно потом только о Гордоне и писали.

Генри Форд говорил: «Если бы я делал только то, что все от меня ожидают, вы бы до сих пор ездили на каретах». Его родные сначала думали, что он сумасшедший: торчит в своем сарае, мастерит какие-то непонятные штуки. А он просто знал, что надо работать над тем, что нравится. Потому что только так можно сделать по-настоящему хорошие вещи.

На журфаке отлично учиться: книжки читаешь, кругом — симпатичные девушки. Мне всё нравилось. Но с точки зрения практических навыков это ничего не дает. Когда я выпустился из института, за полгода узнал больше, чем за все предыдущие пять лет.

Пока я работал в пресс-службе «Пензаэнергосбыта», у меня сложилось впечатление, что по-настоящему работают только люди, которые непосредственно «в поле», которые заняты чем-то реальным. Все остальные на них сваливают шишки и пилят всё, что можно попилить.

Люблю в текстах ироничный стиль. Во время обучения меня хвалили за то, как я пишу. Но на реальной работе, куда я мог устроиться в Пензе, подстёбывать было нельзя. Особенно в пресс-службе.

Сотрудничал с двумя журналистами с Украины: с девочкой из Киева и парнем из Одессы. Когда началась вся эта «заваруха», мне было дико неуютно, потому что я переживал за этих людей. Спросил однажды, как там вообще живется. Олег, который живёт в Одессе, ответил, что они не лезут в политику, что они сейчас сидят в общаге и пьют пиво. Он, кстати, остался в редакции. Девочка из Киева начала писать мне большие послания, состоящие из: «все врут», «путинская пропаганда», «гэбня», «оккупанты», «будет война». Историческую справку про Бандеру на пять страниц прислала. Я спрашиваю: «Как жить-то будете? У вас дыра в бюджете 5 миллиардов рублей. Что с этим делать?» Этот вопрос поставил её в тупик. Через несколько дней отвечает: «Я, наверное, всё-таки не смогу больше работать над журналом». Она реально думала, что надо закупать соль-спички-макароны; и сейчас, наверное, живет с ощущением скорой войны. Вот так наша редакция потеряла одного бойца.

Как ни странно, в Японию я не хотел бы поехать. Там загнанное в рамки общество. У них очень много законодательно закрепленных запретов, и очень много запретов неформальных. Из-за этого — большой процент самоубийств, подростковых особенно. Уличная мода и аниме – это как раз из-за того, что клапаны выражения эмоций очень закрыты, это сублимация. Но когда к нам придет такой же тоталитаризм, у нас просто будут больше бухать.

Хотел бы я преподавать? Да, какой-нибудь собственноручно сделанный «под ключ» курс типа «Создаем свое Интернет-издание». Читал бы его для людей, которым это действительно надо. Сейчас как раз работаю над этим.

Изменил своё отношение к «провинциальному» телевидению после того, как на Рязанском ТВ вышел видеосюжет с нашим художником, Павлом Арским. Там ведущий задавал на удивление адекватные вопросы, не пошел по штампам.

То, что на журфаке работают не практики, это не их проблема, это проблема системы.

Категория
Монолог

Оставить ответ

*

*